СТИХИ
ЮРИЯ ЛАКЕРБАЯ

АРХЕОЛОГИЧЕСКИЙ
МОТИВ

Звучней нездешняя струна,
Нездешний слаще мёд.
Однажды горная луна
В пустынный дом войдёт.
Увидит стынущий очаг,
Свисающую цепь…
Не в силах сызнова начать,
Уйдёт по гребню в степь.
Найдя разрыв в конце холмов,
Придёт сапёрный взвод,
В страну покинутых домов,
Глухонемых сирот.
В подвалах змеи видят сны,
Из крыш растёт трава.
Ни наводненья, ни вины, —
Так где ж хозяева?
Молчит гранитная плита,
Язык забытый нем.
И будут умники гадать —
Кто жил?
Когда?
Зачем?..
Архив земли, какой в нём прок,
Коль нет души живой?
Да буду я плохой пророк!
Да будет дом жилой!

ГОЛУБОЕ ОЗЕРО

Есть на Бзыпь поворот знаменитый.
Сердцем ты стереги поворот.
Там вплелись корневища самшита
В белый камень Юшарских ворот.

Там есть озеро — голубое
В обрамленье зелёных вершин.
Эту воду возьми ты с собою,
Как вино, - запечатай кувшин.

Будешь помнить о горной дороге,
Будешь вечно стремиться сюда.
Если были когда-нибудь боги, -
Это их питьевая вода.

ГЛАДИОЛУС

По латыни — прекрасная речь! —
Острый меч — «гладиолус».
Все метафоры надо бы сжечь:
Правды в них ни на волос.

Чем похож долговязый цветок,
Формой листика , что ли,
На короткий разящий клинок
Гладиаторской воли?

Как бы это понравилось им,
На столбах вдоль дороги?..
Но о чём я! У нас ведь не Рим,
Наши нравы не строги…

Так иной — достоинством в грош —
Надрывает свой голос,
На былых страстотерпцев похож,
Как на меч гладиолус!

БОГОМАЗЫ

Пили крепкое вино
До второй зари…
Лица девок из корчмы —
Да на алтари!
Охра,
Прозелень
И чернь —
Дивные цвета.
Пелагея из корчмы
Чем не мать Христа!
…успокоились навек
Вне резных оград
Богомазы - мастера.
Ни имён, ни дат!
Реставратор,
Зол,
Как чёрт,
Сводит слой с холста,
Обнажая светлый лик
Матери Христа.
И встаёт над ними день,
Душу веселя:
Охра,
Прозелень
И чернь!..
Луч.
Трава.
Земля.

ПОЕЗДКА НА ФУДЗИ

Глаз не оторвать от Фудзиямы!
А продюсер, господин Ямото,
Говорит, что кратерная яма —
Это свалка, кладбище отходов.

Отовсюду виден белый конус,
Яму видно только с вертолёта.
У Ямото голова — как глобус
И в глазах унылая забота.

Он вздыхает: остров мал и тесен,
Пёстрый лоскуток средь океана.
Помещаем свалку в поднебесье
Льём помои в горло великана.

И вулкан вернёт по назначенью
В час урочный грязные отбросы!..

Я смотрю на белое свеченье
И молчу.
Не задаю вопросы.

СОСТЯЗАНИЕ

Вот дорога!
Подъём,
Поворот…
Наша «Волга» шуршит по гудрону.
Жеребёнок
Рванулся вперёд
И по краю дороги — к Афону!

Состязание нам предложив,
Он копытами цокает звонко…
Придержи, шофёр, придержи, -
Я хочу проиграть жеребёнку.

Ради тихой абхазской струны,
Ради славных имён на кинжале.
Ради прошлого этой страны,
Где всегда
Уважали.

КАРТИНА НЕСТЕРОВА

Увижу вновь — и снова онемею!
Вот всё, пожалуй, чем едины мы:
«Виденье отроку Варфоломею» -
Родной земли осенние холмы.

Потом возникнет Троицкая лавра,
И на Мамая соберётся рать…
На всех скрижалях буквою заглавной —
Холмов осенних грусть и благодать.

Опора наша, наше озаренье,
Спасенье от тюрьмы и от сумы,
Мальчишке ясноглазому виденье —
Родной земли осенние холмы.

Лучом закатным позвонят в лозину,
Дохнёт теплом в преддверии зимы —
И перейдут без завещанья к сыну
В рябой траве пологие холмы.


ПАМЯТИ
ЮРИЯ ЛАКЕРБАЯ

Вино и камни Лакербай
Нам раскрывал стихом по-новому.
Они — доверенные слову
Включались в сад поэта — в рай.
Да, сад, в каком растут стихи
Есть рай — лишь этого поэта.
Зайти другим возможно — это
Уход приятный от тоски.
О, сколь деревья высоки,
А травы сочно-колоритны!
А вот — поэтовы молитвы:
Они воплощены в стихи.

Александр Балтин

КРАТКАЯ БИОГРАФИЯ

Юрий Астамурович Лакербай родился в 1934 году в городе Иваново.

Детство и юность прошли в Абхазии на родине отца.

Участь в Минском институте физкультуры стал мастером спорта по фехтованию.

Первая книга стихов вышла в 1962 году.

В 1967 году закончил Высшие курсы сценаристов и режиссёров при Госкино СССР.

По его сценариям поставлено пять художественных фильмов.

Автор многих книг стихов и публикаций в периодике.

Умер в 2004 году.


Материалы к публикации подготовил Александр Балтин

2012

на главную страницу